Греция. Начало.
Греция. Начало.
8 июня — 31 июля 2007
Жигалов (Дымбе). <...> А тигры у вас в Греции есть?
Дымба. Есть.
Жигалов. А львы?
Дымба. И львы есть. Это в России ницего нету, а в Греции всё есть.
А.П. Чехов. Свадьба.

Так вышло, что этим летом я почти два месяца прожил в Греции. Данный объёмный рассказ преследует цель ознакомить всех желающих с историей моего пребывания в этой средиземноморской стране. Чтобы особо не докучать текстом в дневниковой записи (поскольку читать с экрана, считаю, утомительным занятием), я буду стараться, прежде всего, описывать фотографии, давать к ним комментарии.

Вылетал я из Москвы утром, дом покинул в пять утра и двинул в аэропорт, пользуясь услугами такси. Никаких иллюзий по поводу мест, в которые я направлялся, в моей голове не обитало, я приблизительно представлял, что это за «паэзе» (местами, правда, оказалось хуже, местами — лучше, но в принципе «угадал»), к тому же ещё с первого курса засели слова лектора В.К.: «Греция — самая бедная страна Евросоюза!». Даже не то, что бедная, а скорее — неинтересная. Полное отсутствие каких-либо ярких сведений из жизни этого государства в жизни среднего большинства говорит само за себя. Одним словом, ничего особо примечательного я там обнаружить не намеревался и ехал первым делом побывать на море и натаскать язык (ну и по источникам пошариться).
Весьма быстро в Греции прошёл паспортный контроль и сразу же выхватил свой чемодан с багажного конвейера. Я давно уже не летал за границу, более четырёх лет, и отвык от такой скорости «обслуживания» пассажира. Довольный и с чемоданом я вместе со своими двумя спутницами вышел прямо в лапы очереди такси, одно из которых покатило нас в город.
Так получилось, что по приезде температура в Афинах была ниже, чем в Москве, а небо было затянуто облаками. Плюс таксист ещё нагонял страху о продолжительных дождях, буквально перед нашим приездом закончившихся. Кстати, за всё время, что я провёл в Элладе, дождь шёл всего лишь раз, да и тот ленивый и сопливенький. Это легендарное событие стряслось во время посещения бывшей столицы, города Навплио. Но вернёмся в такси. На мой вопрос о температуре моря таксист поёжился и сказал, что ему лично в такое море холодно залезать, но в принципе люди купаются. К слову, на следующий день выяснилось, что для нас «холодно», оказывается, разное. Как-то незаметно въехали в город и тут же оказались на какой-то главной улице (это приблизительно две полосы в обе стороны). Уже после у меня сложилось следующее впечатление об Афинах: город довольно безлик, даже исторические развалины не спасают от этого. Местами Афины могут походить на прочие различные города: местами — на Севастополь, местами — на Ялту, местами — на Таррагону, местами — на какие-то заброшенные азиатские дворы из боевиков 1980-х гг., местами — на Палермо и на Рим (очень редко), а на Плаке (квартал в центре) я даже обнаружил маленький кусочек Парижа.
Первый день был связан с поиском квартиры, было просмотрено два варианта, в результате выбран последний — первый этаж частного дома. По пути к нему я высунул свой объектив из окошка и стал щёлкать фотоаппаратом. Некоторые получились размытые, поэтому здесь не представлены.

Ехали мы то быстро, то медленно. Когда я видел что-то меня заинтересовавшее, то пока фотоаппарат «ловил» всё это дело, мы резко проезжали, и в результате оставалось вот это.

Какая-то контора. Очень люблю это фото, потому что оно — первое, которое получилось, как я считаю. Стояли в небольшом заторчике, было много времени, чтобы прицелиться получше.

Вывеска — настоящее смешение языков.

Заселившись и оставив чемоданы, отправились, конечно же, есть. Хозяин любезно покатал нас по району на машине, показал все достопримечательности (трамвайную остановку, магазины, кафе), после выкинул нас в одной таверне, обещая забрать, как только мы насытимся. Таверна называлась, как сейчас помню, — «Василиса». Именно в этой таверне стало приоткрываться главное для меня открытие — собаки, греческие собаки, а точнее отношение к ним. Правда, вначале появилась кошка, которая спокойно сидела у стола, ожидая своей доли, собака подлетела позже. Вообще три самых распространённых животных в Афинах — это собаки, кошки и мухи, причём последние меня порой просто доводили. Забудьте всё, что вы знали о мухах, если идёте есть в греческое кафе. Они крупнее наших и их не спугнёшь простым потряхиванием руки, ноги или куда они вам там сели. Это настоящие крылатые сволочи, способные испортить любой обед. Особенно они меня доканали в последние дни, когда я находился на о. Корфу.
Так что же собаки. В Греции для них настоящий рай. Каждая, уважающая себя контора — будь то кафе, то магазин — имеет собственное животное, которое как правило валяется перед входом, обожравшись до предела и высунув язык. Собаки все здоровые, как телята, и валяются порой в самых неудобных местах. Так однажды я стал свидетелем, как одну из таких обожравшихся выносили, точнее волокли по плитке в одном торговом центре, двое мужиков, так как она уснула прямо перед входом в магазин купальников и посетители не могли даже открыть дверь. Правда, на следующий день она опять пришла и завалилась там же.
Покушав в таверне и забежав в магазин, чтобы купить всяческой бытовой химии (жильё было пыльновато, а в ванной до нас мылся, видимо, железный дровосек), решено было исследовать море и прилегающие к нему объекты. Солнце, правда, клонилось к закату, а когда уборка была закончена — и вовсе скрылось, но помочить ноги в первый день — это обязательно. Ночной рейд на пляж заключался всего лишь в прогулке вдоль берега, на котором веселилась периодически забегавшая в воду молодая греческая (албанская, может) пьянь. По возвращении оказалось, что у нас проблемы с ванной, точнее с системой канализации. При увеличении напора воды она переставал уходить, и, наоборот, поднимался её уровень. Эта было начало пятидневной эпопеи по починке трубы, о которой даже писать уже не хочется. Первая ночь в Греции сопровождалась, как и все последующие, хотя я привык, раскатистым кваканьем лягушек из соседней речки и перегавкиванием собак.
На второй день состоялся уже полноценный поход на пляж. А вечером я собрался собственно в город, в центр, посмотреть, что там вообще есть, разобраться с транспортом, чтобы в первый рабочий, читай учебный, день не плутать в поисках нужного места. Суббота — в центре всё тихо и кротко. Всё закрыто, кроме отдельных магазинов и, конечно же, придорожных киосков. Центр оказался весьма крошечным, а со временем, когда привык, он измерялся для меня минутами ходьбы. Даже, к примеру, от отдной станции метро до другой быстрее оказывалось пройти пешком, нежели спускаться под землю. На метро, к слову, я ездил всего три раза. В одном из торговых центров, размещённых во внутреннем дворе дома, обнаружился великолепный аппарат.

Стоило подойти поближе и прочитать, что же это за штука. Представьте себе моё удивление, когда я увидел.

Покидая центр. Парламент Греции, или так называемое «вули». В этот вечер прямо напротив него на Синтагме (площадь Конституции) собирался какой-то молодой сброд.

Расскажу ещё немного о месте, где я обитал полтора месяца. Улица, на которой мне выпало жить.

Она же, почти у самого дома, который не виден из-за деревьев.

Так уж вышло, что район оказался каким-то странным образом связанным с именем Фукидида. Во-первых, так назывался трамвай, курсировавший вдоль побережья. Во-вторых, в паре сотен метрах от дома находилась школа имени Фукидида.

Ну, а самое главное, то есть, в-третьих, он изображён на всех мусорных баках. В других районах — нет. Правда, где-то — где, уже не помню — встретился мне бачок с Александром Македонским.

Ну а это — сами видите, кто. То, что я писал выше. Каждый имеет собаку. Этот щенок, как нам упорно представляли это шерстяное безумие, жил в том же доме, что и мы. Весьма забавное существо, однако потрепавшее нервы кое-кому.
Однажды даже меня разбудили два грека, которых домовладелец пригласил сделать какую-то работу. Разбудили они меня с претензиями, что собака их кусает и не даёт работать. На что мне пришлось сказать, что данное существо не моё и за укусы я не отвечаю.

У меня же с нервами всё в порядке. Жизнь с началом учебных дней потекла размеренно, а после рутинно. Подъём — Университет — обед в каком-нибудь кафе — пляж — ужин — сон.

Ещё я не люблю жару, то есть любую температуру, которая превышает температуру моего тела. Когда настали легендарные 46-48 в тени, я чувствовал себя несколько хреново, спасали кондиционеры, присутствующие в трамвае и в аудитории, где проходили семинары. Поначалу перепады температур вгоняли в сон, хотя просыпался я бодрым. Первая неделя, правда, как я писал выше была переходной. Уходила облачность, воздух начинал прогреваться быстрыми темпами.

Комментарии:
Дмитрий 21 августа 2007 Спам
Хороший рассказ! Особенно понравились полиграфическая машина и Фукидид на мусорном баке.
По поводу агрегата. Пустое здание, все магазин закрыты, и посреди всего... стоит наша техника. Ты не представляешь, какое это чувство (может, близкое к гордости за страну — удивительно, одним словом).
Александр 23 октября 2007 Спам
Греков не люблю, ленивые они, как русские, хватит нас одних таких на планете.
Оставить комментарий
Имя *:
Email *:
Код *:


© 2006—2008, «Эпистема». Сайт управляется системой uCoz